Click on the slide!

Учим курдский язык

Видеоучебник

Предлагаем вашему вниманию подборку видео уроков курдского языка

Подробнее...
Click on the slide!

Генерал Барзани

Биография

Предлагаем вашему вниманию биографию великого курдского политического деятеля Мустафы Барзани

Подробнее...
Click on the slide!

Фотогалерея

Курды и Курдистан

Предлагаем вашему внимаю серию авторских фотографий, сделанных в Курдистане в 2006-2010 гг.

Подробнее...
Click on the slide!

Буквари

курдского языка

Для обучения ребенка чтению и правописанию на курдском языке вам понадобятся буквари, которые вы можете загрузить на нашем сайте.

Подробнее...
Click on the slide!

Словари

курдского языка

Предлагаем вашему вниманию академические словари курдского языка: русско-курдский и курдско-русский, которые вы сможете загрузить на ваш ПК и использовать

Подробнее...
Click on the slide!

Сказки

курдского народа

Предлагаем вашему вниманию подборку курдских народных сказок. Курдские сказки отличаются оригинальностью сюжета, поучительностью и свободолюбием

Подробнее...
Frontpage Slideshow (version 2.0.0) - Copyright © 2006-2008 by JoomlaWorks
Генерал Барзани

Глава 19. Ареф - Барзани. Баззазовское перемирие

После позорного для Багдада разгрома под Ревандузом, правительству не оставалось ничего иного, как вновь объявить устами премьер-министра аль-Баззаза, что "Ирак является не только арабским, но в равной мере и курдским" и пойти на переговоры [Цит. по: 3]. Баззаз смог убедить более сговорчивого, по сравнению со своим братом, Арефа-младшего и предпринял усиленные шаги для установления контактов с курдами.

Несмотря на то, что военные действия еще продолжались, между представителями правительства Баззаза и курдского революционно-демократического движения были установлены контакты. Во время этих встреч стороны обсуждали вопросы, которые должны были привести к выработке общей платформы для мирного урегулирования курдского вопроса. Баззаз в это время стремился подготовить общественное мнение к мирным переговорам с курдами. Представители правительства в своих выступлениях делали заявление относительно необходимости "мирного урегулирования проблемы Севера". В середине июня 1966 г. сам Баззаз сделал следующее заявление: "Я и мое правительство намерены решить курдский вопрос мирным путем... Ирак не является только арабским, он является и курдским в равной степени" [Цит по: 29, с. 254].

После этого заявления Баззаза эмиссары правительства прибыли в Курдистан, в ставку Барзани, с предложением начать переговоры о мирном урегулировании курдского вопроса. С согласия курдского Совета революционного командования и руководства ДПК Барзани дал положительный ответ представителям правительства. Было договорено, что первый этап переговоров пройдет в Курдистане. Через три дня после получения ответа Барзани правительство Баззаза послало в Курдистан делегацию в составе четырех курдских политических деятелей: Акрама Джафа (бывший министр), Ахмеда Кемаля, Маджида Али (оба генералы в отставке) и Зейд Ахмед Османа (бывший заместитель губернатора Эрбиля). Поездка этой делегации была успешной. Руководители курдского движения оказали им хороший прием. Делегация была уполномочена официально заявить лидерам курдского движения, что правительство решило пойти по пути мирного решения курдского вопроса и признать национальные права курдов [29, с. 255].

26 июня 1966 г. в Курдистан для продолжения переговоров с курдами прибыла более представительная делегация. В состав второй делегации входили арабы и курды: Абдуль Джабар Джомард (бывший министр иностранных дел), Хасан Абдель Рахман,, Кязим аш-Шабиби, Ихсан Шерзад (профессор багдадского университета), Мухамед Салах Махмуд (бывший министр, врач). Вслед за визитом иракских официальных делегаций в Курдистан последовал приезд в Багдад курдской делегации в составе первого секретаря ЦК ДПК Хабиба Мухамеда Керима, членов политбюро, ЦК ДПК Салеха Юсуфи, Али Абдулы и Хафеза Джаляля. В результате переговоров между президентом Абдель Рахман Арефом и премьером Баззазом и курдской делегацией было заключено соглашение, содержавшее следующие пункты:

"1. Правительство "преисполнено желания положить конец чрезвычайному положению в некоторых районах Севера", решительно признает курдскую национальность. "Правительство готово подчеркнуть это положение и еще более ясно записать его во временной конституции, тем самым подтвердить существование курдской национальности и курдские национальные права в рамках единого иракского отечества, которое объединяет две главные национальности-арабов и курдов так, чтобы и арабы, и курды могли иметь одинаковые права и обязанности".

2. Правительство готово придать действенную силу всему вышеизложенному путем издания закона, находящегося в процессе подготовки; этот закон будет основываться на принципе децентрализации. Каждая лива, када, нахия будет иметь свои собственные избираемые собрания с широкими полномочиями в вопросах самоуправления, включая дела в области просвещения, здравоохранения, местные и муниципальные вопросы.

3. Правительство, естественно, признает курдский язык как официальный язык наряду с арабским в районе, где курды образуют большинство населения. Наряду с арабским на курдском языке будет вестись обучение в рамках, одобренных законом и определенных местными собраниями.

4. Правительство заявляет о своей решимости провести парламентские выборы в сроки, предусмотренные временной конституцией. Курды будут представлены в подлежащем избранию парламенте, пропорционально их отношению к общему числу населения страны и в соответствии с избирательным законом.

5. Правительство заявляет, что "курды, наряду с их братьями арабами, будут допущены к участию в работе всех государственных учреждений пропорционально численному составу их населения, включая предоставление им постов министров, чиновников исполнительных органов власти, постов в юридической, дипломатической и военной службах" [Цит. по: 29, с. 255-256].

Шестой и седьмой пункты программы правительства касались увеличения числа курдских учащихся в университетах и институтах как в самой стране, так и за ее пределами, а также вопроса об открытии университета "на Севере", привлечения чиновников из числа курдов к работе местной администрации в провинциях.

В восьмом пункте отмечалось, что в процессе установления норм парламентской жизни "будут созданы некоторые политические организации и пресса сможет выражать желания народа" [Цит. по: 29, с. 256]. Правительство позволит распространить это положение и на курдов в рамках, определенных законом. "Будет разрешена также публикация политических и литературных изданий на курдском и арабском или на обоих языках одновременно" [Цит. по: 29, с. 256].

Заслуживал внимания девятый пункт программы, где говорилось, что после того как "акты насилия придут к концу (так правительство называло войну - К.А.), будет проведена общая амнистия, касающаяся всех, кто был связан с актами насилия на Севере" [Цит. по: 29, с. 256]. Этот же пункт предусматривал возвращение всех курдских чиновников или служащих на свои прежние посты, а правительство обязывалось сделать все возможное, чтобы восстановить на прежней работе и всех уволенных ранее курдских рабочих.

10. После опубликования данной программы все военнослужащие вооруженных сил и полицейские (имеются в виду военнослужащие и полицейские, дезертировавшие из иракской армии и перешедшие на сторону курдов - К.А.) в течение двух месяцев с оружием в руках должны вернуться в свои части. Им обещается прощение. Пункт десятый предусматривал также "возвращение к нормальной жизни вспомогательных вооруженных отрядов", выступавших на стороне правительства в войне против курдов. Предусматривалось, что такие вспомогательные отряды как "всадники Халида ибн Валила" и курдские наемники "джаши", именуемые "воинами Салах эд-Дина", также вернутся к мирной жизни и сложат оружие.

Одним из важных пунктов был пункт одиннадцатый, в котором говорилось, что все средства, шедшие до сих пор на "сопротивление насилию", будут тратиться на восстановление Севера. С этой целью образовывалось специальное министерство, которое должно было заниматься вопросами восстановления и выплаты компенсаций на Севере.

12. Наконец, программа правительства предусматривала, что "отдельные лица и группы из числа курдского населения, которые покинули свои постоянные места жительства, могут вернуться, и им будет выплачена соответствующая компенсация" [Цит. по: 29, с. 257]. Это означало удовлетворение одного из требований, выдвигаемых курдами, о возвращении курдского населения на его постоянные места жительства, откуда оно было насильственно выдворено в годы войны в Курдистане и где были поселены арабские племена (в ряде случаев бедуины), переброшенные из арабских районов страны.

Как во время предварительных, так и окончательных переговоров курдская делегация настаивала на том, чтобы курдские вооруженные отряди, в частности "пешмерга", были включены в состав иракской армии в качестве отрядов пограничной охраны на границах Ирака с Ираном и Турцией. Однако правительство выступило против этого предложения и настаивало на их полном роспуске. Так как по этому вопросу соглашение не было достигнуто, то он остался открытым и не был включен в соглашение о перемирии.

Соглашение от 29 июня 1966 г. было важной вехой в истории борьбы курдов за национальную автономию. Совсем незадолго до обнародования декларации от 29 июня иракское правительство и командование иракской армии во всеуслышание заявляли, что они предпринимают "последние решающие" атаки на позиции курдов... Однако в третий раз за пять лет войны иракское правительство вынуждено было официально признать факт существования курдского национального вопроса и сесть за стол переговоров с представителями курдского народа для мирного решения этой проблемы.

Следует отметить, что в декларацию в очередной раз не был включен ключевой для курдов вопрос об автономии. Казалось бы после битвы под Ревандузом Правительство Курдистана могло бы настаивать на внесении этого пункта. В действительности же Правительство Курдистана понимало, что в настоящий момент Правительство Ирака недостаточно созрело для того, чтобы сделать такие уступки и следовало сначала пойти на небольшой компромисс, чтобы в дальнейшем добиться большего.

В интервью корреспонденту "Ла Круа" Барзани вот как объяснил причины такого соглашения: "Пока у нас нет иного выбора. Людям нужно отдохнуть. Я сейчас думал об урожае, сожженом напалмом, и об уцелевшем, но ожидающем уборки. В горах зима наступает рано, и курдам необходимо подготовиться к встрече зимы. Пауза необходима. Однако окончательный мир наступит нескоро" [Цит. по: 29, с. 258].

27 июля 1966 г. Баззаз прибыл с официальным визитом в Советский Союз. Результаты визита были положительными. Визит иракского премьер-министра в СССР завершился подписанием ряда соглашений, направленных на дальнейшее расширение и укрепление советско-иракских экономических и культурных связей. Был весьма важным тот факт, что в совместном советско-иракском коммюнике была подтверждена целесообразность мирного урегулирования курдского вопроса. [29, с. 260].

Тем временем военные начали активный прессинг правительства и президент Ареф-младший был поставлен перед дилеммой: или оставить Баззаза на посту премьер-министра и тем самым быть втянутым в открытый конфликт с военными, или заменить его новым премьером. После возвращения из Советского Союза, 4 августа 1966 г., по настоянию президента Арефа Баззаз подал в отставку. Пост премьер-министра занял генерал в отставке Наджи Талеб, котьорый был известен своими умеренными взглядами и пользовался симпатиями юнионистов. До вступления на пост премьера Талеб примыкал к тем военно-политическим кругам, которые не считали войну в Курдистане единственным средством разрешения "проблемы Севера" и склонны были искать пути политического урегулирования проблемы [29, с. 262].

С программным заявлением о политике своего правительства Талеб выступил 21 августа. Наджи Талеб заявил, что возглавляемое им правительство будет "выполнять программу установления мира в северной части нашей любимой страны, объявленную 29 июня 1966 г., путем обеспечения условий для развития этой зоны и признания национальных прав наших курдских братьев в иракском доме" [29, с. 262].

После прихода Талеба к власти переговоры между представителями правительства и курдского движения были продолжены. В начале сентября 1966 г. в Курдистан, в ставку главы курдского движения Барзани, совершила поездку иракская правительственная делегация, возглавляемая министром обороны Шакером Махмудом Шукри, который хотел убить его в 1962 г., а потом осуществлял "план Окайли". Шукри привез с собой Коран, который он подарил Барзани в знак доверия и готовности содействовать осуществлению условий перемирия 29 июня.

В действительности же правительство Наджи Талеба не предпринимало почти никаких конкретных шагов для нормализации положения в Курдистане. Осенью 1966 г. налицо были признаки обострения положения в Курдистане. В этих условиях президент Ареф решил сам поехать в Курдистан и встретиться с Барзани. Эта встреча состоялась 28 октября в населенном пункте Джиндиан близ Ревандуза и длилась четыре часа.

Генерал Мустафа Барзани и Абдел Рахман Ареф, 1966 г.

Арефа сопровождали министр по делам восстановления Севера Ахмед Кемаль Кадер (характерно, что Жан Прадье считает его фиктивным министром, ибо фактически такие работы не велись), министр обороны Шукри, генерал Фуад Ареф, Шейх Баба Али (последние двое курды). Переговоры в Джиндиане касались вопросов осуществления условий перемирия 29 июня. На заявление Арефа о том, что "люди могут совершить тяжелые проступки, но не следует их оставлять неисправленными", Барзани ответил, что "непременным условием прекращения военного конфликта является выполнение баззазовской программы" [Цит. по: 29, с. 263]. Барзани потребовал от правительства конкретизировать условия декларации о мирном урегулировании. Он, в частности, поставил вопрос о включении представителей курдов в состав правительства, о предоставлении поста вице-президента представителю курдов, о назначении одного из курдских генералов командующим второй дивизией иракской армии. Президент Ареф принял эти предложения Барзани. В свою очередь президент выдвинул следующие предложения: восстановление правительственных административных органов в Курдистане, возвращение тяжелой артиллерии, которую курды захватили во время весенних сражений, и др. Во время визита Ареф подарил Барзани легковую автомашину, а Барзани преподнес президенту Ирака серебряное блюдце, на котором были выгравированы слова "Арабо-курдское братство!". В конце переговоров Барзани заявил, что урегулирование курдского вопроса немыслимо без последовательного, безукоснительного выполнения 12 опубликованных и 3 неопубликованных пунктов соглашения 29 июня. Поездка Арефа к Барзани и его переговоры об условиях урегулирования курдского вопроса вызвали резко отрицательную реакцию среди правоэкстремистских сил.

Президенту и тем, кто поддерживал курс на переговоры с курдскими руководителями, приходилось постоянно отбивать атаки экстремистских сил. Окайли, например, выступил на закрытом совещании, а потом демонстративно распространил свое заявление, в котором обрушился с критикой на правительство, подчеркнув, что "из курдского тупика может быть только один выход подавление Барзани силой" [Цит. по: 29, с. 264].

С 15 по 20 ноября 1966 г. в Галале состоялся седьмой съезд Демократической партии Курдистана. На съезде присутствовали 425 делегатов, из расчета один делегат от 75 членов партии. В помещении, где происходил съезд, висели лозунги: "Да здравствует арабо-курдское братство!", "Мы требуем выполнения условий июньского соглашения!". На съезде присутствовали представители курдов Турции, Ирана и Сирии. Из представителей других партий на съезд был приглашен только член ЦК Компартии Ирака Заки Хайри. Съезд обсудил вопросы, связанные с положением в стране и перспективой выполнения программы мирного урегулирования курдского вопроса, вопросы об аграрной реформе в Курдистане, об отношении Демократической партии Курдистана к Компартии Ирака и некоторые другие. Делегаты съезда единодушно выступили за мирное решение курдской проблемы в Ираке на основе декларации от 29 июня. В решении съезда по этому вопросу говорилось: "Несмотря на то, что заявление от 29 июня в своих объявленных и необъявленных пунктах полностью не отражает цели революционной автономии, съезд одобряет это заявление (так как мы хотим сохранить безопасность и мир в стране и прекратить кровопролитие между братьями-арабами и курдами) и требует придерживаться его духа и буквы... Съезд требует от революционного командования предоставления правительству памятной записки по этому вопросу" [Цит. по: 29, с. 264-265]. На съезде были избраны руководящие органы партии, председателем партии вновь был избран Мустафа Барзани. Касаясь вопроса о седьмом съезде ДПК, нельзя не обратить внимания на то, что во время его работы при обсуждении различных вопросов вырисовывались два течения внутри партии. Это размежевание проявилось, в частности, при обсуждении вопросов, связанных с проведением аграрной реформы и отношением ДПК к деятельности ИКП в Курдистане. Многие участники съезда выступили за проведение широких аграрных преобразований в Курдистане, с тем, чтобы обеспечить землей наибольшее количество крестьян и тем самым нанести решительный удар по феодально-помещичьему классу. Это разумное требование было отклонено правыми элементами в руководстве ДПК. Противники аграрной реформы заявили, что они в принципе не выступают против коренных аграрных преобразований в Курдистане, но, по их мнению, "время для этого еще не настало". В подтверждение своей позиции они ссылались на следующие два обстоятельства: правительство в таком случае может обвинить ДПК и лидеров курдского движения в "сепаратизме" и некоторые ага в таком случае получат повод для перехода на сторону правительства. На съезде спор возник также в связи с обсуждением вопроса об отношении ДПК к деятельности Иракской компартии в Курдистане. Некоторые делегаты съезда выступили с предложением монополизировать партийную деятельность только для ДПК и лишить такого права ИКП. Это предложение правых было отклонено [29, с. 265].

В начале января 1967 г. в Багдаде вновь были продолжены переговоры сторон, закончившиеся, однако, безрезультатно. "Экстремистские элементы в Багдаде, - заявил Барзани, - оказывают очень сильное сопротивление курсу на выполнение правительством обязательств по соглашению о перемирии. Многие пункты из двенадцати еще не выполнены" [Цит. по: 29, с. 265]. На вопрос советского журналиста: "Может ли быть нарушено соглашение о прекращении военных действий?" Барзани ответил: "Во всяком случае мы не сделаем этого первыми. Никогда! Нам нужен мир!" [Цит. по: 29, с. 265].

В условиях, когда правительство всячески уклонялось от выполнения обязательств 29 июня, большие услуги им оказывали не распущенные властями наемные отряды "джашей". Рядовые этих отрядов получали солидную зарплату от правительства - 14 динаров в месяц, что, по данным Жана Прадье, составляло годовой доход иракского крестьянина. Они чинили беспорядки в Курдистане, совершали террористические акты, грабили население. Характерно, что центральное правительство отправляло против курдской революционной армии отряды "джашей" каждый раз, когда перемирие не позволяло ему использовать армию. Для правительства значение "джашей" не ограничивалось лишь тем, что их использовали как военную силу. Иракские власти ссылались на "джашей" как на "доказательство" того, что "истинные курды" верны правительству и выступают против ДПК. Правительство стремилось углубить разногласия между курдами и натравить отдельные группы друг на друга [29, с. 267].

По подстрекательству правительства "джаши" вступили в конфликт с отрядами "пешмерга" в начале июля 1967 г. близ Сулеймании. Красноречивым доказательством враждебного отношения официальных властей Ирака к курдскому движению и населению Курдистана было то, что они не дали разрешения международному Красному Кресту на оказание помощи пострадавшему населению Курдистана. Многие условия экономической блокады Иракского Курдистана по существу также остались в силе.

На основе взаимной договоренности представителей курдов и правительства было решено издавать в Багдаде курдскую газету. В ответ на это представители курдского движения прекратили свои радиопередачи на курдском языке и издание газеты "Хабат" в Курдистане. Первый номер новой курдской легальной газеты, которая называлась "Ат-Таахи" ("Братство"), вышел в начале мая 1967 г. Главной задачей новой газеты, говорилось в редакционной статье, является борьба за демократические свободы, поддержка правительства в его борьбе с империализмом и эксплуатацией за создание национальной экономики, за повышение жизненного уровня населения, за ликвидацию безработицы. "Ат-Таахи" выступала также за "арабо-курдское братство и за выполнение программы правительства от 29 июня 1966 г., направленной на установление мира на севере страны". Издатели газеты-представители ДПК далее отмечали, что "газета будет поддерживать борьбу народов за сохранение всеобщего мира, за мирное сосуществование и решение всех проблем мирными средствами, за запрещение использования ядерного оружия и за укрепление дружбы между всеми народами" [Цит. по: 29, с. 267].

А начале июня Египет, Сирия и Иордания подверглись нападению Израиля, который быстрыми и решительными действиями оккупировал Синайский полуостров и сектор Газа. Перед лицом израильской агрессии наметилась тенденция к сближению арабских стран. Так, несмотря на весьма натянутые отношения между Сирией и Ираком, последний послал на помощь сирийской армии подразделение своих войск, хотя следует отметить, что она носила скорее символический характер.

3-го июня 1967 г., т. е. за два дня до агрессии, президент Ареф издал декрет об освобождении баасистов, арестованных в период с 13 по 18 ноября 1963 г., т. е. тех, которые оказали сопротивление захвату власти его братом. Амнистия баасистов мотивировалась тем, что "нужно дать возможность всем принять участие в войне против Израиля". Тремя днями раньше, 31 мая. был издан президентский декрет об освобождении участников "движения 30 июня". Эти две группы заключенных сразу же обрели свободу [29, с. 269-270]. Совершенно иной подход был к арестованным курдам. В принципе правительство обязано было давно освободить курдов, арестованных в связи с войной в Курдистане, в порядке выполнения условий перемирия 29 июня. Необходимость такой амнистии диктовалась также "укреплением национального единства Ирака" перед лицом израильской агрессии. Однако ни то, ни другое не поколебало правительство [29, с. 270].

Дискриминационная политика правительства по отношению к курдам получила новое подтверждение. На второй день агрессии, 6 июня 1967 г., когда события на фронтах получили неблагоприятный оборот для арабских стран, в том числе для Ирака, правительство вынуждено было опубликовать декрет об освобождении и снятии обвинений с курдов, участвовавших в военных действиях на Севере с 1961 по 1966 г. Однако, издав декрет, правительство не спешило с его реализацией.

10 июня 1967 г. президент Ареф-младший вновь поручил Тахеру Яхье сформировать правительство, названное им в пропагандистских целях "правительством военного спасения". В первом же своем правительственном заявлении Тахер Яхья подчеркнул, что его правительство будет прилагать усилия для выполнения "баззазовокой программы установления мира на Севере и развития северных провинций" [Цит. по: 29, с. 272].

Однако несмотря на заявление Тахера Яхьи о намерении добиться осуществления положений соглашения от 29 июня 1966 г., правительство практически не предпринимало каких-либо шагов для мирного урегулирования проблемы Севера". Скорее наоборот. Будучи одним из сторонников "военного решения" курдской проблемы, Тахер Яхья методически проводили политику подрыва соглашения от 29 июня. Через свою агентуру правительство тратило значительные суммы для подрыва единства рядов курдского движения, для активизации террористической деятельности феодалов и наемников против курдского национального движения. 22 июля 1967 г. ДПК опубликовала протест против бесчинств отрядов "джашей", которые при поддержке иракских властей совершали преступные действия против мирного населения и курдской освободительной армии [29, с. 274].

В условиях нового обострения отношений между правительством и курдами Тахер Яхья решил совершить поездку в Курдистан и встретиться с Барзани. Руководители иракского правительства не намеревались выполнить даже скромные условия перемирия от 29 июня. В то же время они не рисковали возобновить военные действия против курдов, потому что, с одной стороны, очень сильны были антивоенные настроения в народе, а с другой - слишком свежи были печальные впечатления от июньской агрессии Израиля. Начинать гражданскую войну в условиях, когда внимание всей арабской общественности как в Ираке, так и в других арабских странах было приковано к последствиям израильской агрессии, означало ставить под вопрос существование самого правительства. Руководители правительства прекрасно понимали, что такой шаг вызвал бы не только осуждение со стороны левой оппозиции, но и дал бы повод или возможность соперничающим военно-политическим группировкам захватить власть... Именно по этим соображениям Тахер Яхья решил возобновить переговоры с Барзани, хотя не имел в портфеле, как показало время, никаких конкретных я приемлемых для курдов предложений. Тахер Яхья встретился с Барзани в конце сентября 1967 г. Во время этих переговоров в ответ на предложение Тахера Яхьи "восстановить мир на Севере" Барзани подчеркнул, что мир и спокойствие могут быть утверждены не путем игнорирования справедливых требований курдов, а их удовлетворением, как это предусмотрено в соглашении от 29 июня. В ответ премьер-министр заявил, что правительство будто бы готово выполнить условия соглашения [29, с. 275].

6-го октября 1967 г. четыре министра иракского правительства в Эрбиле вновь встретились с представителями курдов и вели переговоры о курдской автономии. Привлекает внимание тот факт, что ни через прессу, ни по радио ничего не сообщалось об этих переговорах и обсуждении вопроса о внутреннем самоуправлении курдов. Правительство это мотивировало тем, что тем самым оно хочет избежать отрицательной реакции со стороны крайних экстремистов. 8 октября Тахер Яхья сам прибыл в Эрбиль и продолжал переговоры с курдами. Эти переговоры были продолжены в декабре 1967 г. и январе 1968 г. [29, с. 275].

Переговоры правительства Тахера Яхьи с представителями курдов были всего лишь ширмой, за которой скрывалось намерение сорвать соглашение от 29 июня, найти аргументы в пользу военного решения курдской проблемы. В то время, когда велись эти бесплодные переговоры, произошли некоторые события, обнажившие всю вероломность правительства. В конце 1967 г. и начале 1968 г. отряды "джашей" развернули широкие действия против курдских демократических сил. Они нападали на активистов ДПК, терроризировали и грабили курдское мирное население [29, с. 275]. В свою очередь правительство обрушилось с репрессиями на оппозиционные силы различных политических направлений, выступавших против планов войны в Курдистане. Особым вниманием властей пользовались коммунисты. Многие из них были брошены в тюрьмы. О том, что правительство практически саботировало соглашение от 29 июня, свидетельствовал так называемый новый закон о печати, изданный в начале декабря 1967 г., в соответствии с которым четыре выходившие в стране газеты были поставлены под контроль специально созданной государственной организации, а остальные периодические издания закрыты. На основании этого закона была закрыта также и газета "Ат-Таахи", что вызвало бурный протест со стороны руководителей курдского движения [29, с. 275].

В январе 1968 г. шесть министров иракского правительства подали в отставку. Должность начальника генерального штаба иракской армии была доверена одному из ярых противников мирного решения курдской проблемы генералу Фейсалу аль-Ансари [29, с. 275].

Недоверие и скептицизм курдских революционно-демократических деятелей по отношению к правительству достигли своего апогея. Военная подготовка для отражения возможных атак правительственных вооруженных сил вновь стала их первостепенной задачей. В обстановке, когда правительственные вооруженные силы, дислоцированные в Курдистане, получали новые подкрепления и тем самым держали в напряжении курдские национальные вооруженные силы, а отряды наемников-"джашей" то и дело провоцировали военные столкновения, Демократическая партия Курдистана придерживалась правильной тактической линии, выдвинув лозунг: "Бороться против угрозы возобновления войны и одновременно быть готовыми к войне" [Цит. по: 29, с. 276].

 
Рекомендуем

Курдская сказка:

У одного шейха было много баранов. Пас их пастух. А у пастуха жена была красавица. Увидел как-то шейх жену пастуха и влюбился без памяти. Решил он любым путем добиться ее. Пришел он как-то к ней в гости, когда хозяина дома не было.
Читать продолжение...
Известные курды

Дед Хасан

Усоян Аслан Рашидович

(Дед Хасан)

27.02.1937 — 16.01.2013

"Вор в законе", влиятельный криминальный авторитет России

⠫ ᠩ⮢